Обычно не пишу о делах, за исключением участия в дискуссиях, когда высказываются откровенно бредовые воззрения на предмет, мне известный не понаслышке. Но этот случай мне кажется заслуживающим не только профессионального внимания.

С Божьей и людской помощью, за которую глубоко благодарен, отбили атаку на Мемориальный музей-квартиру Тычины. Киевское отделение Фонда госимущества, похоже, убоялось конъюнктурно-праведного депутатского гнева и отозвало иск о его выселении - дело закрыто.

Интересно, конечно, что бы там нарешали судьи. Де-юре наша позиция была неубиенной: запрет на изъятие у музеев помещений без предоставления равноценных (а я считаю, что в случае мемориальной квартиры, где жил и умер поэт, таких просто быть не может), объявленный в январе мораторий на выселение учреждений культуры и адрес музея, определенный в 1979 году действующим по сей день постановлением правительства УССР. Де-факто - сами знаете, как бывает слишком часто.

Чтобы вы представляли, какой лакомый легкоурываемый (и на шару!) кусок, как мне кажется, навязчиво маячил в заплывших жиром глазенках эдакого новоявленного Альхена, вот карта-схема:

Почему мне кажется, что здесь не без чьей-то злой воли? Да потому что, если рассуждать сугубо по-скотски, затраты на перемещение экспозиции и ее хранение, а также обустройство нового помещения, реконструкцию в нем экспозиции явно превысят тот копеечный долг (16 тысяч), что имелся перед Фондом.

К сожалению, проблема решена не полностью. По закону "О музеях и музейной деятельности" помещения музеев, находящиеся в государственной собственности, должны передаваться им в оперативное управление, эдакую квазисобственность без права распоряжения, но и без обязательства что-либо платить за пользование. В этом и многих других случаях помещение передано музею в аренду. Аренда означает, что по истечении ее срока, Фонд может просто "не захотеть" продлевать договор. Причем это не зависит от того, есть ли задолженность в уплате за аренду или нет. И хотя, как я писал выше, требуется предоставление равноценного помещения, вполне могут быть высказаны и, самое страшное, найти отражение в судебных решениях бредовые позиции вроде "это же не собственность, какое тут изъятие" (хотя очевидно, что речь идет об изъятии из владения), а также убогие спекуляции на тему того, что же такое "равноценное помещение" (здесь могут попросту наплевать на то, что в случае с музеем речь идет не только о квадратных метрах, расположении, высоте потолков и пр., но и о "гении места", лишившись которого тот утратит мемориальный статус). Подобные попытки уже делались в ходе этого процесса - в отношении первого из приведенных" сравнительно честных способов очистки недвижимости от музейной пыли".

Так что, друзья мои, по истечении следующего срока аренды история может повториться. А не здесь, так в другом месте. Возможно, мы имели дело с пробным шаром: проверить на прочность, посмотреть на общественную реакцию, на то, как подаст ситуацию пресса. И ведь не будь здесь гигант вроде Тычины, могло бы пройти тихой сапой и - с успехом.

P.S. Для меня явилось большим удивлением, что нигде в нашем законодательстве нет ни слова о том, что выселение из мемориального места учреждения, созданного для увековечивания памяти о соответствующей личности, в принципе невозможно. То есть это как бы подразумевается, но прямого указания нет, что дает широкое пространство для маневра безграмотным/корыстным/корыстно безграмотным толкователям. Действительно, где должен находиться Мемориальный музей Тычины, "на майдані, біля церкви"?

Берегите музеи, иначе вам негде будет почти бесплатно и с толком прятаться от жары и прочих неблагоприятных погодных явлений.

Майкл Джексон? Таким, должно быть, стал бы к пятидесяти король Матиуш, будь он столь же гениален. Только не говорите, что никогда и ни за что ни разу и не думали о том, чтобы тайком или на людях пройтись лунной походкой.

Здесь иногда можно посмотреть, как я что-то сажаю, а иногда, если повезет, - как кое-что из этого кое-чего беззастенчиво пиздят. Уже даже самому интересно, что за удалец аль удалица. С целью примерно наказать.

Хотя в принципе на будущее меня больше всего устроила бы медитативная картинка, на которой ровным счетом ничего не происходит.

Трансляция может быть круглосуточной - камера инфракрасная. А может и не быть.

История с так называемым "захватом Генпрокуратуры" за прошедшие два года (и особенно в первый после этого события месяц) обросла таким количеством мифов и культов, что разглядеть нечто схожее с реальностью стало почти невозможно. Тем не менее, за любой из версий происшедшего вполне четко выделяются два главных момента, на которые, как это обычно случается с главными моментами, мало кто обращает внимание - зато все помнят, что Цушко - герой. Или "герой" - это уж как кому Бог на душу положит. Моменты эти носят характер не юридический, но скорее общечеловеческий. Таня mentbuster Монтян в своем анализе случившегося 24 мая 2007 года один из них упускает, как мне кажется, размышляя несколько предвзято. Поскольку ситуация чуть ли не с самого ее начала неоднократно обсуждалась нами приватно и, похоже, каждый остался при своем мнении, я, пользуясь Таниным любезным согласием, все же попробую обозначить эти самые жирные "плюс" и "минус".

Итак, вкратце все было так: министру внутренних дел Цушко позвонил помощник генерального прокурора и сообщил, что здание Генпрокуратуры и кабинет самого генерального захвачены неизвестными людьми в штатском. С моей точки зрения, это является несомненным заявлением о преступлении, требующим немедленного реагирования. А теперь о самой реакции.

Что должен в подобном случае сделать главный полицейский страны? Пожалуй, предпринять все меры к освобождению государственного учреждения первостатейной важности. Пожалуй, непосредственно руководя такими усилиями. Разговоры о том, что здание Генпрокуратуры охраняется государственной службой охраны, не в счет. Если здание захвачено, значит, они уже не справились. Так что, главному полицейскому умыть руки и смотреть на то, как развивается ситуация, по телевизору? Наверное, нет.

Что было великолепно в поведении Цушко, так это то, что он немедленно отреагировал, и отреагировал лично, приехав к зданию Генпрокуратуры и войдя в него. Если посмотреть видео с места событий, то мы увидим, что он всегда впереди, ничуть не прячется за спины, идет впереди бойцов "Беркута" и - без бронежилета. И Бог его знает, чем бы могло все обернуться, не будь там министра внутренних дел. Мало ли что могло бы прийти в горячую голову какому-нибудь майору-полковнику, взвинченному всеобщей нервозностью в и без того накаленной политиканами обстановке. Могло бы и до рукопашной дойти - в лучшем случае. А так, появление министра с одной стороны и присутствие начальника ГСО стало несомненным сдерживающим фактором, благодаря которому все закончилось мирно и по-человечески. Цушко здесь по-настоящему молодец, честь ему и хвала.

Так что же должен в таком случае сделать главный полицейский страны? Да, предпринять все меры к освобождению государственного учреждения первостатейной важности. Да, непосредственно руководя такими усилиями. Но обязательно с минимальными, а лучше нулевыми жертвами и разрушениями. То есть действовать не как харизматичный смельчак, но как командир, который, как известно, отец солдатам. Итак, министр имел диспозицию "здание Генпрокуратуры захвачено неизвестными". В первую очередь, такое положение требовало рекогносцировки и разведки. Следовало, как минимум, выяснить, что за неизвестные, сколько их, чем и как вооружены, где расположены, не имеют ли позиций/пособников вне захваченного здания, есть ли заложники, сколько их и где, наконец, чего эти неизвестные хотят. Применимые тактические средства и методы не имеет смысла перечислять, однако можно с достаточной уверенностью утверждать, что украинская милиция, особенно ее части быстрого реагирования, в числе которых и "Беркут", ими вполне располагает. От осмотра места возможного взаимодействия с противником до попыток получения информации изнутри захваченного объекта и переговоров с неизвестными.

Ничего из вышеперечисленного очевидно сделано не было. Министр с места рванул в карьер. А теперь на минуточку представим себе, что в здании окопались отнюдь не ваньку валяющие сотрудники ГСО, а настоящие террористы. И вот ломится к ним "Беркут" без оружия да с министром впереди. А ведь могли бы и положить там всех, скорее всего. Что в результате? Восемь трупов и деморализованные такой нелепой гибелью товарищей (включая главного начальника) силы правопорядка. И ровным счетом никакого прогресса в решении основной задачи.

Оплошал здесь министр, ой оплошал.

Вот и получается картина крайне неоднозначная. В эмоциональной составляющей блестяще выиграл, в интеллектуальной - продул вчистую. Герой? Вполне возможно. Вот только героизм получается потенциально смертоносный. Даже самоубийственно смертоносный, причем без особых на то причин и видимых будущих преимуществ для дела. Бессмысленная жертва нескольких фигур вместе с шахматистом, обернись ситуация всерьез. Впредь следовало бы учесть: командир должен иметь план боя, а не на коленке его потом под ставшее реальностью подгонять.

Есть нюанс: положительные стойкие морально-волевые качества вообще редкость, а с возрастом практически перестают приобретаться, а вот надлежащей осмотрительности и предусмотрительности, умению обманывать, а не подкармливать Танатоса во благо подчиненных и свое собственное еще можно научиться.

В конечном итоге, исходя из результатов, скорее плюс, чем минус. Но и большой знак вопроса, куда тут без него.

Я удалял свой ЖЖ от стыда за то, что мои друзья продались Арсению. И так дешево, что даже в долю не взяли!

Странная штука - этот пионерский галстук. Горяч был своим кумачовым цветом. Помню, что поведение у меня всегда было преотвратным (я порядок люблю, а дисциплину - нет), поэтому несмотря на то, что весь класс проголосовал, чтобы прошел в первый прием, на ноябрьские, этого так и не случилось. Второй прием проболел и приняли меня в пионеры только в третий, "на день рождения Ильича" (кто там теперь уже помнит, что за Ильич такой, кто его внучата и уж тем более - когда у него бёздник). Было это не в помпезном музее Ленина, а в маленьком, скромном и уютном, чуть ли не деревянном музее семьи Ульяновых (как известно, сам Ленин на Украине никогда не бывал, но вот Дмитрий и Ольга, кажется, да и Мария Александровна некоторое время погостили). Теперь этот дом, кажется, снесли. Помню, как клялся "...к борьбе за дело Коммунистической партии быть готов", но взгляды мои на это самое дело с точкой зрения самой партии вскоре радикально разошлись. А после церемонии мы с мамой веселые долго-долго шли пешком и, несмотря на холодный ветер, я распахнул куртку, чтобы было видно, как у меня там этот красный треугольник теплится. Такая все же дешевая театральщина, но самое смешное, что жест этот был более чем искренен.

Потом совет отряда, совет дружины, РПШ, ГПШ, вобщем, пионер-функционер и даже какая-то вполне нешуточная политика с идеологической борьбой году в 90-м. Например, удалось добиться (и горком комсомола это поддержал), чтобы администрации школ не трогали тех учеников, что начали носить сине-желтые (тогда скорее даже желто-голубые) значки. Сам я носил два: и желто-голубой, и красно-лазоревый, уссровский - все это моя Украина.

Кстати, интересно сейчас посмотреть на тогдашних комсомольцев. Кто-то случайно встречается на кладбищах с конечными датами "92-96". Кто-то попросту разучился улыбаться. А еще люди в красных галстуках таскали на Майдан (тогда - площадь Октябрьской революции) воду и витамины голодающим студентам и кричали "Украина без Москвы", был такой лозунг против украинского империализма.

Еще помню, что 19 мая всегда отпускали после второго урока, водили куда-то в кино, причем чаще на сказки, чем на что-то патриотическое. Потом мы брали трехлитровую банку квасу и шли в Жовтневый парк пиздить голоногих скаутовваляться под цветущими яблонями. Один мой одноклассник каждый год проделывал на берегу пруда Интеграл ритуал, описанный Лесем Подервянским в пьесе "Интересные исследования",- вставлял жабам соломинку в зад и надувал. Популяция жаб, впрочем, сдуваться и не думала, а их брачные песни в погожую летнюю ночь были слышны за пару километров. Под них мы сублимировали вместе с Алисой Селезневой.

Почему-то ходил упорный слух, что в этот день всем, кто в галстуках, положен бесплатный проезд. Хоть это и было неправдой, контролеры закрывали на красногрудых безбилетников глаза.

А что вспомните вы, что было у вас эдакого пионерского или антипионерского?

Вообще-то я недолюбливаю голубей. Не красавцев-турманов, которых разводят энтузиасты, а этих вот нахальных неопрятных крылатых крыс. Но... Иногда перед тобой разыгрываются драмы, в которые так и норовишь влезть в роли главного действующего лица. Есть только один нюанс: хорошо, если дальше все идет по-твоему. Для сохранения эмоциональной окраски с минимальными правками, не касающимися фактической основы, воспроизвожу историю, как она была рассказана далекому американскому другу по горячим следам:

В свое время с удивлением заметил, что чем больше времени тратится на написание чего-нибудь, чем тщательнее вылизан опус и чем интереснее он с твоей собственной точки зрения, тем меньше людей его прочтут и выскажут по этому поводу хоть какое-то мало-мальское мнение.

Вот mentbuster недавно выпустила в свет весьма полезную статью о регистрации прав собственности, где убедительно показывает на практике различных стран (включая постсоветские), насколько эффективнее регистрировать сами титулы (то есть что кому принадлежит), а не сделки, в результате которых этит титулы оказались у их владельцев.

К сожалению, статья особого резонанса не вызвала, хотя работа проделана огромная и текст наводит на многие интересные мысли. Все разжевано, разложено по полочкам и снабжено ярлыками. Не только тезисы, но и примеры.

Резюмируя Танины, без преувеличения, труды, констатирую очевидное: только открытый и публичный регистр прав собственности, к которому возможен досуп с любого компьютера и справку из которого можно распечатать в любом месте и в любой момент (как это сделано, например, в Грузии) является гарантией того, что завтра вы с удивлением не столкнетесь с какими-то из ниоткуда возникшими темными личностями, предъявляющими права на ваше кровное. Открытость при должной ответственности и нормальном поведении - лучшая защита. Ведь если все знают, что ваша семья годами владела чем-то, и могут в этом удостовериться когда и где угодно, как у вас тогда это отберешь без скандала и, что называется, с минимальными затратами?

И еще. Что толку метаться, выискивая, что бы такого прикарманить чужого, если у каждого есть множество безусловно своего, но он об этом даже не догадывается, не то что не пользуется?

Не пожалей энергии на "слишком много букв", пойми: то, как защищена твоя собственность, означает твою уверенность в общественном положении и возможность спокойно заниматься своим делом.

Несмотря на некоторое вялое сопротивление жлобов (под утро католической Пасхи украли десяток самшитовых кустов и одну лавровишню - уж не знаю, может, на прутики порезать по случаю вербного воскресенья) участок под домом метр за метром приводится в нормальное состояние. В понедельник закончил газон. До этого выворотил из отведенной для него земли центнера три камней, камушков и каменюк, прощупал весь грунт вручную, сдобрил торфом и кокосовым субстратом, наконец - выровнял. Рассыпал семена и прикрыл их еще каким-то субстратом. Теперь вот голубей гоняю - к счастью, пугливые крылатые крысы, повадившиеся там кормиться, благодаря широкому углу зрения реагируют даже на резкий взмах белой футболкой.

Крокусы отцвели еще пару недель назад, со дня на день распустятся оранжевые тюльпаны (тогда я сделаю с ними большую серию). Ну, и еще массу всякого интересного подсаживаю. В этом году хочу добиться красно-белой цветовой доминанты, но боюсь, что поддамся искушению и не выдержу - плесну еще и желтого, и синего... Ха, да ведь уже!

Прибилась тут к нам кошечка, британская недовислоухая. Да еще и, кажется, беременная. Приходит в строго определенное время, садится под балконом и мяукает. Кошечка очень домашняя, игривая и ласковая, видно, что ухоженная, за вычетом следов гулящей трепки.

Никак не можем в толк взять, то ли ее из-за непроявления рецессивного гена из дому выгнали, то ли в связи с кризисом перевели на самообеспечение и отправили по двору побираться.

Юлия Владимировна ее творогом со сливками подкармливает и фотографирует.

Инспектор, попробуй запиши. Инспектор, попробуй продиктуй. Инспектор, ну-ка не балуй

Друзья, а помогите, пожалуйста, перевести слово

А то у нас народ до того высоконравственный, что и слов таких нет...

Хоть на мову, хоть на язык - неважно, все равно это будет имитация звука. Или нет?
Вот две девочки предложили "вздрыж" и "пших". А глагол какой?